История района

С верой, в любви, верности и благочестии

…Шел 1915 год. В маленькое село Никольское, что в Саратовской области, с девятилетней царской службы вернулся домой бравый солдат Алексей Зубов. Высокий, статный парень почти сразу заприметил соседскую девушку Дарью.
«Вона как выросла, красавица. Уходил в солдаты – совсем малявка была, – сказал он своим родителям. – Моя будет». Сказал – сделал. Через две недели под сводами маленькой церквушки венчалась молодая пара, клялись перед Богом и людьми в любви, да такой, чтоб умереть в один день, верности и благочестии.
Потекла жизнь молодых своим чередом, построили саманную хату. Алексей с утра уходил в поле, на небольшом кусочке земли растил пшеницу: сам сеял, убирал урожай. Смастерил для этого своими руками веялку. Косил траву для теленка, подаренного родителями, удил рыбу в реке, а Дарья все больше по-хозяйству дома да с детьми, коих Бог давал через каждые два-три года. В 1916-м родился Иван, в 19-м – Анна, в 22-м – Николай, в 24-м – Анастасия, в 26-м – Петр, в 28-м – Татьяна, в 30-м – Мария. Жили большой дружной семьей, трудились все, чтобы прокормиться. Кормилица корова давала молоко, которое Дарья продавала, чтобы купить лошадь, так необходимую в хозяйстве. Иногда и рыбу носила на базар.
В 1932 году коллективизация пришла и в Никольское. Алексея признали кулаком – уж больно крепко стоял мужик на ногах: лошадь, корова, веялка, земли клочок – целое состояние. Конфисковали все. Да ладно бы добро, бесследно исчез сам хозяин. Куда увели Алексея, никто не знал. Дарью вместе с детьми поселили в барак на два хода. Через стенку также ютилась осиротевшая без хозяина многодетная семья.
Верующая, набожная с детства Дарья часами стояла перед иконами, моля Бога хоть что-то узнать о муже. Алексей появился глубокой ночью, весь исхудавший, в грязной одежде. Он приказал Дарье собрать детей и вещи к следующей ночи и ждать его. Семья решила бежать куда-нибудь на Север. Как только стемнело, супруги с семью ребятишками почти бежали в никуда. Отдыхали днем, просили милостыню в селах и деревнях. Но люди давали мало – в Поволжье был голод. Дети стали опухать от недоедания, годовалая Мария умерла в дороге. Когда перешли границу Тамбовской губернии, удалось сесть на товарный поезд. Добирались долго, было еще голодней. Сошли на станции Платоновка, чтобы попросить у людей еды, но их обокрали. Остались совсем ни с чем.
Алексею удалось узнать, что недалеко от станции есть колхоз, куда нужны рабочие. Это был последний рывок большой семьи и пристанище – с. Новая Ляда. Действительно, Алексея взяли свинарем, а Дарью – дояркой. Одно радовало – не было погони, видимо, невелико было преступление Алексея, всего-то трудился, рук не покладая, держал хозяйство да хлеб на столе был. Жизнь стала налаживаться. Оценил председатель руки Алексея, который мог и двигатель починить, и смастерить что-то, и перевел его на мельницу. Две комнаты в бараке дал. Родился еще сынок – Василий.
А Дарья, первым делом, установила в святом углу иконы, которые всю дорогу несла сама, не доверяя их никому. Рано утром и поздно вечером стояла она на коленях и благодарила Бога, что сохранилась семья, жив и здоров кормилец, удалось опять живность завести и без куска хлеба не сидели. Крестился перед едой и Алексей. Но не нравилась такая набожность семьи местному полномочному представителю власти, все просил снять иконы.
Шло время. Вот уже и своим жильем обзавелись, купили дом-сруб, пятистенку с глубоким погребом в передней комнате. Дарья перед вселением сначала иконы в передний угол поставила, а потом, помолясь, вошла с детьми и мужем. В первые дни войны ушли на фронт старшие сыновья – Иван, Николай, Петр. Слезно мать молила Бога за ребят, и все вернулись с фронта.
Женились, ушли из родного гнезда, но дома построили рядом. Теперь внуки и внучки радовали бабушку Дарью и деда Алексея. За них молилась, постилась Дарья, да за дочь Татьяну, покинувшую дом – она уехала в Среднюю Азию на работу, где и вышла замуж.
Вот только оперуполномоченный никак не оставлял эту семью, не давали ему покоя иконы. Заходил часто, грозил наказать за веру в Бога, заставлял убрать их.
Как-то полез Алексей в погреб сала кусочек отрезать (солили его тогда в деревянных ящиках). Только крышку открыл и спустился по лестнице, как на порог – уполномоченный. Не глядя под ноги, а в угол на иконы, которые никто так и не снял, с грохотом провалился в погреб и закричал: «Господи, куда я попал?». Поднимая его, Алексей и говорит: «Теперь и сам Бога вспомнил?». Вытащил бедолагу. Побитый, хромая, ушел товарищ и уж больше никогда не приходил.
Один за другим покинули отчий дом дети, до 75 лет дожила Дарья – умерла от болезни. А на девятый день скончался и Алексей. Умерли в один день, как и обещали.
Эту историю своей жизни они рассказали мне в детстве. А я – вам, уважаемые читатели, как пример любви и верности.

Н. ЗИМИНА. ст. Успенская.

Похожие записи

Хутора Коминтерн нет на карте, но он cобирает поселенцев каждый год

Как молоды мы были…

Боевой орден Славы вручили семье героического фронтовика Петра Гостева.

Семья фронтовика Гостева ведет поиск

Василия Хрулева чтут в Кулешовке

Дмитрий Семьяков: «Август 1942 года. Я помню, как это было» В Новолокинскую фашисты зашли 2 августа в 2 часа дня.

45981756