История района

Листая старые альбомы. Мы говорим с прадедом о жизни

Жизнь моего прадеда, Егора Дмитриевича Удод, полна радости и горя, счастья и печали. Да разве может быть иначе, если его судьба неразрывно связана с судьбой нашей многострадальной Родины, нашей любимой России. События тех времен до сих пор в памяти дедушки, в каждом его воспоминании, смешных и печальных жизненных историях.
– Дедушка, расскажи, пожалуйста, о своем детстве.
– Я родился в 1928 году в с. Кулешовке. Детство совпало с периодом голода на Кубани. Родителям приходилось часто уезжать в горы, на Кавказ, откуда можно было привезти хоть немножко пшеницы, кукурузы или картофеля. Особенно тяжело стало после смерти отца.
– Он умер от голода?
– Нет. У него был порок сердца, а голод лишь подкосил его здоровье (слезы выступили на его глазах).
– Поэтому тебе пришлось взвалить на себя и отцовские обязанности? Наверное, совмещать учебу с многочисленными домашними хлопотами и поручениями было очень трудно.
– Конечно, приходилось несладко. На домашние задания времени практически не хватало. Окончить школу так я и не успел.
– Что помешало твоей учебе?
– Село оккупировали немцы, и я наравне со взрослыми стал работать. Тяжелый физический труд стал для меня привычной обязанностью даже после того, как село освободили от захватчиков. В знойные летние дни носил воду земледельцам, испытывая невероятную усталость и слабость от недоедания. Но осознавая всю важность своей работы, выполнял ее добросовестно.
– Приходилось ли тебе рисковать жизнью?
– Да, случалось со мной и такое. Работая в поле, мы становились легкой добычей немцев. Не раз приходилось бежать в лесопосадку от обстрела вражеской авиации. Только лишь по счастливой случайности ни одна из пуль не попала в меня. Любопытно, что до сих пор можно встретить на стволах деревьев шрамы от пуль, такие вот печальные отголоски из прошлого.
– Как изменилась твоя жизнь после войны?
– Продолжал работать в колхозе, а в 1947 г. в уборку устроился помощником комбайнера. В мои обязанности входили ремонт техники, перевозка цистерн с бензином, которые привозил на волах из соседнего села.
В 1948 г. призвали в армию. На поезде нас отвезли вначале в Краснодар, а затем в Читу. Стояла лютая зима. Из всех щелей тянуло холодом, а единственным источником тепла была обычная старенькая буржуйка. В таких условиях мы провели 23 дня. Честно признаться, это было похоже на каторгу.
– В какой род войск ты попал?
– По распределению я попал в пограничные войска на заставу № 7, что в восьми километрах от р. Даурии. Вскоре меня перевели в близлежащий поселок, где обучал новобранцев верховой езде. Мне эта должность очень нравилась, да и впоследствии не раз приходилось работать с лошадьми. К сожалению, весь срок службы я так и не отслужил.
– Почему?
– Получив серьезную травму, попал в военный госпиталь, а в скором времени меня комиссовали (1949 г.). Это стало не самой приятной новостью, ведь даже половину положенного срока отслужить так и не успел.
– Сколько лет ты прожил с бабушкой?
– С моей супругой Пелагеей мы прожили 60 лет, воспитали троих детей: Петю, Валю и Володю. Чтобы их одеть, накормить, выучить, работали от зари до зари. Но случилось страшное несчастье. На трассе между Новопавловкой и Белой Глиной, после напряженного рабочего дня, за рулем уснул водитель грузовика, в кузове которого находились женщины, в том числе и Пелагея. Грузовик перевернулся, она получила серьезную травму, стала инвалидом.
Я остался практически один с детьми, младшему из которых был всего лишь годик. С того момента домашние хлопоты легли на мои плечи, а семья стала единственным смыслом жизни. Я продолжал работать скотником, а спустя 20 лет меня перевели возчиком в кулешовскую участковую больницу. Поднимал детей, старался супругу поставить на ноги.
– Надеялся на то, что она снова сможет ходить?
– Конечно! Я делал все, что было в моих силах: ухаживал, возил к врачам, несколько раз отправлял в санатории. И свершилось чудо! После очередной поездки в грязелечебницу она зашла во двор на своих собственных ногах! Этот момент был, наверное, самым счастливым во всей моей жизни, хотя, признаюсь, сразу не поверил своим глазам. И пусть Пелагея с того момента ходила с тросточкой, она могла вести более полноценный образ жизни, и даже заниматься домашними делами.
Уже несколько лет нет моей Поли со мной и частенько бывает тоскливо без нее, но ведь вы же есть у меня, и значит, есть ради кого жить.
– Совсем скоро ты отметишь свое 85-летие. Какие чувства ты испытываешь при этой мысли?
– Чувства… пожалуй, только светлые. Рад, что в таком возрасте все еще бодр и активен, что меня окружают мои родненькие правнуки, а их у меня четверо, старшему Егорке восемнадцать, а младшенькой – ангелочку Анечке – всего годик. Не забывают меня внуки и дети, всегда помогают и поддерживают (улыбается).
– Спасибо тебе, дедушка, за интересный рассказ, за твою искренность и доброту!
– Всю свою жизнь я отдал на благо Родины и семьи. И как бы ни было трудно, никогда не жалел о том, что за 85 лет так и не успел пожить для себя. И пусть в жизни было много сложностей и горестей, я все равно счастлив. Счастлив, потому что кому-то нужен, что остался предан своей семье, родным и краю!

Фото из семейного архива.

М. УДОД, юнкор СОШ № 18.

Похожие записи

Хутора Коминтерн нет на карте, но он cобирает поселенцев каждый год

Как молоды мы были…

Боевой орден Славы вручили семье героического фронтовика Петра Гостева.

Семья фронтовика Гостева ведет поиск

Василия Хрулева чтут в Кулешовке

Дмитрий Семьяков: «Август 1942 года. Я помню, как это было» В Новолокинскую фашисты зашли 2 августа в 2 часа дня.

45981756